Summer-breath.com
Поток сознания
zebra-v-palto
13:02-14:44
Я стараюсь хвалить себя за всякие мелочи. Продолжаю, да. За то, что сейчас предпочитаю читать дальше Поттера в оригинале, потихонечку, сначала подчеркивая, потом подписывая каждое неизвестное слово, прочитывая теперь уже дважды каждую страничку. Это вместо того чтобы читать любые другие книги, смотреть сериалы или даже читать мангу. Я не знаю, как мне радоваться прошедшему новому году, поездке, людям. Я погрязла в прокрастинации. Я знаю, что я себе обещала, и знаю, что не заслужила эту поездку, какой бы прекрасной она ни была. Я смотрю вокруг и все вызывает во мне страх. Бабушка спрашивает об учебе, я вру, что все сдала, от беспомощности. Вру всем своим коллегам, потому что точно не хочу вводить их в курс своих проблем. Да и вполне возможно, что кто-то расскажет бл. А она не поймет. На самом деле я сейчас гораздо ближе к отчаянию, чем мне хочется казаться. Я ставила себе много условий и дедлайнов. И пока что мне это не особенно помогло. Приходится признать, что я почти не сдвинулась со своей мертвой точки за последние полгода. Мне бы очень хотелось, чтобы это было ложью. Но факт таков, что я в этом семестре сдала только один предмет. Я справляюсь ещё хуже, чем в июне? Подумать только. Я еще больше убегаю, и хотя это и приносит мне минутную радость, и общий фон гораздо лучше, и хочется верить, что я справляюсь с собой и со своей жизнью, но… Но. Это только видимость? Я упрямо повторяю, что верю в себя, что я со всем справлюсь. Я говорю это всем. Даже самым близким, даже тем, кто в курсе всей хуйни, которую мне пришлось пережить за последние. Сколько? Год? Полтора? Два? Мне кажется, что пиздец длится уже целую вечность. Я катаюсь на волнах своего настроения, ищу, ха, гармонию, хотя понятно, что уж это-то точно мне в ближайшее время никак не светит, ищу радости, ищу уверенности, но найти не особенно получается.

Мне снова хочется писать, что я безнадёжна, да. Кажется, шанс того, что я всё-таки вылечу в этом году все ещё очень велик. И очень сложно верить в свою способность справиться и все закрыть, когда не можешь себя заставить даже взяться. И заметки из блокнотика не спасают. Решила изолироваться, конечно, от людей. В первую очередь от Мильты. И тут же ухнула в привычное состояние. У меня там есть заметочка в календаре, "планы" называется, и там столько людей, с которыми мне хотелось бы провести время.

Лина, ты там из прострации-то вылезай, ты все ещё на работе. Хотя и хочется отпроситься, не мозолить нормальным людям глаза своей постной рожей. Хорошо, по крайней мере, что никто из них не лезет ко мне в душу, не замечает, когда я на грани слез, и, пожалуй, так даже лучше, что скорее будут ругать и критиковать, и уж точно не утешать. Да ну, к черту это все. Я снова думаю о том, что со мной будет дальше. И снова не вижу совсем ничего хорошего. Продолжать с таким настроем нельзя. Убегать тоже нельзя. И нет, если уж на то пошло, то нахуй идёт ингресс и планы на матрешку на работе. Нахуй. Ехать домой и продолжать процветающую шизофрению, те говорить с собой, надеясь, что это что-то и как-то может исправить.

Страшно, что писать некому. Страшно снова и снова осознавать себя в полном одиночестве в своей зловонной куче дерьма. То есть. Ну да, люди есть. Есть те, кто сегодня и эти буковки прочитает, кто-то позже. Разницы никакой. Я в очередной раз напоминаю себе правду, которую нельзя забывать: мне никто не сможет помочь. Никто! Сколько времени уже я пытаюсь вдолбить это себе в голову, но продолжаю как последняя дура цепляться за людей. Будто кто-то кроме меня может что-то изменить. Я точно знаю, что какой бы социоблядью я ни была, как бы сильно мне не казались необходимыми обнимашки, внимание, отклик, все это… Важно, но. Мешает, черт возьми, только мешает мне справляться с реальными задачами.

Мне катастрофически не хочется этого говорить, а значит - признавать, даже с самой собой. Но я всё так же не справляюсь. Я борюсь, я отчаянно стараюсь хоть что-то изменить, и что-то у меня получается. Но. Мало, блять! Слишком мало, чтобы это сработало.

Ок, ладно, я упрямая, что-то во мне изменилось, и я снова не хочу сдаваться. Но убегать это таки не самая действенная тактика.

Больно врать о том, что мне самой так сильно хотелось бы сделать правдой. Больно, когда кто-то спрашивает, а спрашивают многие и часто. Пиздец как больно от осознания, что нормальные люди все уже давно сдали и благополучно закрыли. Все так же хуево, что я не могу искренне радоваться за близких и дорогих мне людей. Все так же тянет блевать от собственного непрекращающегося нытья.

Хей. Очнись. Давай ты сегодня вернешься домой с работы, сядешь писать очередную мозговправительную графоманскую простыню, потом сядешь и хотя бы доделаешь презентацию. И узнаешь насчёт оставшихся предметов. Заново распишешь график. Потянет ныть и прятаться - окей, поищи в интернете материалы о борьбе с прокрастинацией и прокрастинируй в них, дура. Может, найдешь что-то дельное и вернёшься к учебе. И если только не упорешься в необходимое, то бери себя за шкирку, пей снотворное, и не увлекайся рефлексией на тему того, что ты снова пьешь его каждый день, и ложись спать. Что утро вечера мудренее говорят не просто так. Если повезёт, то выспишься, если совсем повезёт, то есть шанс даже подняться в хорошем настроении. Не вешай нос, не глупи, никогда больше не сдавайся, не позволяй апатии вновь взять над тобой верх.

Знаю, что нужно продолжать бороться и стараться верить в себя, какими бы безнадежными ни казались перспективы. Помню, что проблемы нужно решать по мере их поступления. Знаю, что ещё не всё потеряно, и шанс есть. Кажется, что мизерный, но на деле, знаю, что только кажется.

И всё-таки. Мне тяжело тащить это одной. Тяжело, что никому нет дела (знаю, что ложь, но очень часто совсем не верю), что никому не могу написать, ни к кому не могу обратиться. Осознаю, что это мой сознательный выбор: не обременять своим состоянием других. Помню, что говорил попутчик в сапсане по дороге в Питер, что это все только мое внутреннее, и Мильту никак не касается.

Должно становиться легче от того, что я все это пишу. Становится, правда. Но одиночество мое никуда не делось. Как и, увы, многое другое.