Summer-breath.com
carpediem
mary-go-round
"Я никогда не видел снега".
Он много смеется, но именно в этой улыбке вся его суть. Вчерашний ребенок, готовый гулять всю ночь по едва припыленному снегом городу, рассказывая о первом поцелуе, теплом песке и своем Fine City.
Поправляет мой английский, учит говорить по-малайски "я люблю тебя", покачивает головой в такт музыке в огромных синих наушниках. Читает через плечо мою книгу. Удивляется тому, как можно жить в этом бесконечном слякотном мартобре, где из хорошого только красивые девушки.
В ответ на его слова город смущенно прячется под новым слоем снега.
mary-go-round
Прага. Готические соборы, улицы, где ночью можно встретить пьяного алхимика, рассказывающего истории про Голема или Кафку. Брусчатка, кареты, говорящие статуи, норовящие заманить тебя на бокал крафтового пива в ближайший бар или пивоварню. Ощущение сказочности - вот-вот услышишь шорох страниц, переворачиваемых тем, кто создал эту волшебную историю и вписал строчку про двух безумно счастливых людей, поднимающихся по бесконечным лестницам, чтобы смотреть как последние лучи закаты сливаются с красной черепицей на крышах домов.
Витражи, карусели, магазины с игрушками, первая елка на одной из маленьких площадей. Стены из черепов, не влезающий в кадр Собор, мост, на котором мы в порыве сентиментальности повесили замок. Трдло, утопенцы, салаты из окурков и прочие угрозы фигуре и здравому смыслу.
Смешная речь, которую заглушает вежливый английский, повсеместный немецкий и громогласный русский.
Прага - это наша сказка. Мрачноватая, осенняя, но такая восхитительная.
mary-go-round
billy john - viena

а потом все налаживается. приходит внутренне спокойствие.
рядом с автошколой мальчики строят домик на дереве. кот запрыгивает на коленки, размазывая хвостом акварель по бумаге.

ты перестаешь искать оправдания, бегать по кругу, бояться. перестаешь подражать и становишься источником вдохновения для кого-то.
стираешь зарисовки людей из прошлого.
постепенно, степ бай степ, делаешь то, что действительно приносит счастье. веришь во всесильность.
любишь.
просыпаешься.
по-настоящему просыпаешься.

"прокидатися під тобою. цілувати твоє лице. я обожнюю цей процесс: годувати тебе любов*ю. хто іще із твоїх принцесс може знати про цей рецепт".
бумбокс - кохана
mary-go-round
Праздник, который всегда с тобой
Когда тишина становится слишком концентрированной, даже 40каградусная жара не помеха прогулке. Пока самые суетливые и шумные на работе, город кажется удивительно умиротворенным.
Старушки и кошки прячутся под деревьями. Первые с корзинами астр и домашних роз; вторые - с презрительными взглядами и мурлыканьем.
Мужчина под мостом замер с сигаретой в зубах и удочкой. Рядом играет радиоприемник. Такой же старый, напоминающим о том, что все временно; потрескивающий, если добавить громкости.
Дети попеременно смеются и плачут. У одной футболка с Нирваной, а у другой разноцветные глаза, как у саамского кота.
Воздух горячий, с трудом дышится; ничего больше не желается.
На ужин кофейный ликёр (почти неожиданно). Если бы я была напитком, то определенно таким.
mary-go-round
Есть арбуз прямо ложкой, потому что так вкуснее. Пить загадочный чай из "местных трав", и слушать рассказы старого художника о том, как трудно было раньше добывать кисти и карминные краски, чтобы рисовать советских красавиц с волосами цвета то ли жжённой умбры, то ли охры.
Летнее утро в горах в толковом словаре должно иллюстрировать слово "счастье".
mary-go-round
зеленый мой любимый цвет
продавщица смотрит в паспорт, потом на меня. скептически приподнимает бровь.
у нас нет ключей, но есть бутылка дешевого вина. старик сидит на лавочке напротив и кормит голубей.
ты перебираешь струны \внутри меня что-то плавится\
mary-go-round
Город, где каждая кошка мнит себя героем произведения Достоевского.
Вы сами все знаете: крыши, дворы, кофейни с лучшим во всей Необъятной кофе; дивы, хлещущие виски, бары на берегу; львы, дворцы, здания, в каждом из которых может жить то ли великий поэт, то ли смерть сама; небо хмурится, вот-вот раздождится, как манерная барышня; мосты, бесконечные ночи; многоэтажные книжные; хостелы, в которых снятся целые миры; декаданс, снобизм, эпатирование; приезжие восторгаются, а местные утверждают, что только по любви.
Даже выполняя заезженную программу-минимум с квестом по поиску достаточно неадекватных знакомых, чтобы вместе пить на крыше глинтвейн из термоса и бродить в молчаливом восторге по улицам пока не закончатся запасы Сплина, чувствуешь тотальное счастье.
Невозможно не любить.
mary-go-round

Немного Нервно - Рецепт
Немного Нервно - Жена смотрителя маяка
Немного Нервно - Над Ирландией шёл снег
Немного Нервно - Поцелуй меня, я ирландец

кратко о сегодняшнем, совершенно внеземном вечере.

mary-go-round
полудневниковые следы существования занесены в разряд негорящих рукописей только потому, что когда садишься и залпом перечитываешь их под остатки грузинского полусладкого, в голове что-то перещелкивается и все становится очень простым и понятным.
саундтрек к такому моменту - "Живи", наигрываемое под гитару
несмотря на бесконечное топтание на месте и имитацию бурной деятельности (помним, что самосовершенствование - это онан… кхм) все получается изменить. step by step.
и все, что мне нужно слышать в этот день - это "я в тебя верю" вместо всех этих милых глупостей. потому что:
...так мало лет, но так скучно. так много лет, но так страшно жить целый век равнодушно здесь в комнатушке как в каталажке.
цель на следующие много месяцев - осознанность.
mary-go-round

напоминание о том, что самые счастливые моменты - результат ряда случайных совпадений.

mary-go-round
этот январь - то самое "и жили они долго и счастливо"
идиллическая картинка: кот нагло забрался под белый свитер из мягкой шерсти и огромным мурчащим сугробом лежит на животе; в прозрачных чашках подогретое с мёдом и специями вишнёвое вино, в больших глиняных кружках - чай, спасающий от отчаянья и дрожи в конечностях.
на улице снега по пояс - брожу снежными тоннелями, как Муми-Тролль, проснувшийся посреди зимы, восхищаясь снежинками, замирающими на несколько последних секунд на волосах; прячусь в первом попавшемся кафе и случайно обнаруживаю, что там самый вкусный в городе кофе.
сотворяю на кухне хаос и на удивление вкусные вариации на тему французской выпечки или томлённого в винном соусе мяса.
взахлеб поглощаю "зимние" книги: Белсвиковская "Зима от начала и до конца" и уютные сказки о Муми-Троллях сменяются историями о снежном одиночестве от Хёга и Кивеля, хипстерской сказкой о Феврале, и садистской историей о ледяном апокалипсисе в исполнении Каван.
совершенно ничего себе не обещаю - сбрасываю оковы резолюций и с удивлением обнаруживаю многогранность и многотропинность окружающих миров.
по-кошачьи много сплю и вижу во снах старые замки, падающие балконы и абрикосовый цвет, с лёгкостью превращающийся в снежные хлопья.
и ещё. в какой-то момент ловлю себя на мысли о том, что впервые так нежно влюблена. ношусь с этой своей любовью, как слон с фарфоровым сервизом, при этом, едва ли не плача от счастья. и от безнадежности.
зима, все же, время контрастов.