Summer-breath.com
сны
ln
кажется, ты мне снился…
Frecklesmile
Это не начало, и даже не середина. Я находилась в темной комнате, подсвеченной неярким красным светом, воздух в которой казался густым. Наедине с фотографиями, развешенными на верёвке, протянутой над столом от одной стены к другой. Помню улыбающиеся лица, ощущение несколько отстранённого интереса с лёгкими тёплыми нотками. Незначительную тревогу на задворках разума, что кто-то вот-вот зайдёт сюда. Тихие, приятные на слух, но неразборчивые голоса за дверью. Я вышла и оказалась на улице, залитой ярким солнечным светом, рядом с бассейном и десятком радостных людей, среди которых было несколько знакомых. Одним из этих людей была она, человек, который так или иначе беспокоит мой разум вот уже почти 2 года, хотя в жизни моей ее уже нет. Она была особенно весела, собираясь прыгать в этот бассейн, и меня не замечала совсем. Я была рада, что могу остаться незамеченной, но вместе с тем ощущала грусть и недосказанность, преследующую меня с момента последнего нашего настоящего разговора. Почему? Почему она постоянно тут, в моей голове?
Ход моих мыслей прервал парень, для которого я была достаточно заметна и осязаема, чтобы взять меня за локоть и дружелюбно предложить отойти подальше от брызг. Мы разговорились, я поспрашивала про ее жизнь. Оказалось, она беременна, но отрицает это всеми силами. Он говорил это шепотом, хотя мы стояли на балконе второго этажа, в темном коридоре которого не было ни души. Он заговорчески посмотрел на меня.
- Люди теперь не говорят об этом открыто. Более того, беременность скрывают максимально долго, и все вокруг играют в эту игру. Ну… ты же знаешь, детей у родителей забирают и отдают государству. Многие не способны это принять. Многие хотели бы жить так, будто этого нет.
Он закурил, повисло молчание. Мы долго смотрели вниз на бассейн, радостные лица, мелькающие в нем, брызги, не имеющие шанса долететь до нас. Когда я собиралась уходить, он остановил меня, взяв за запястье, посмотрел в глаза, вложив в ладонь какой-то ключ и клочок свёрнутой бумаги, и ровным тихим голосом сказал:
- Это тебе, просили передать. Прямо по коридору, затем направо, третья дверь.
Я спрятала руку в карман, не задавая вопросов, которые роились в голове, интуитивно ощущая, что он уже сделал больше, чем мог.
- Удачи! - крикнул он, когда я практически свернула направо. Я еле заметно улыбнулась, внутри все сжалось.

***
Снова темнота, голоса доносились откуда-то издалека, я еле разбирала их. Меня кто-то звал. Первое, что я ощутила отчетливо, - сырость, прохладный воздух, звук колес на мостовой, звук дождя. Ко мне постепенно вернулось зрение. Все вокруг было приятно, расслабляюще серым. Серая блестящая мостовая, серое белесое небо, завеса дождя, серая река под мостом, по которому мы ехали на темно-сером автомобиле, напоминающем Форд начала 20 века. Рядом со мной сидели три женщины, и хотя разговоры прекратились, напряжение ощущалось физически. Автомобиль остановился, одна из женщин заплатила водителю и осталась в машине, кто-то сзади практически вытолкнул меня наружу. Ноги опустились в лужу с характерным звуком и мгновенно намокли, но я не ощущала влажности, я не ощущала холода. Я ощущала тревогу и сосредоточенность, все тот же отстранённый интерес и вовлеченность. Звук дождя мягко окутывал, действовал умиротворяюще, растворял тревогу, доводя её концентрацию до совершенства. Все вместе мы быстро направились к зданию неподалёку, под навес.
- Держи, - одна из женщин, та, что помоложе, передала небольшой свёрток пожилой. - Это импланты. Пока только первая партия. Да, мало, я знаю, но мы сможем больше. Ты найдёшь нас в магазине PHLOEM, деньги получишь на месте. Удачи тебе.
Она перевела взгляд на меня.
- Вам.
Девушка с золотистыми волосами накинула серый капюшон на голову и стремительно ушла в сторону здания в конце улицы.
- Пойдем, - окликнула меня пожилая тучная женщина.
Я ощутила ее руку у себя на спине и поняла, кто вытолкнул меня из автомобиля. Неприятно, но, видимо, необходимо. Мы поспешили к противоположной стороне улицы, она что-то быстро говорила мне, я кивала, но все окружающее пространство постепенно исчезало. Сперва звуки, затем чувства, и, наконец, серый город заполнила тьма.

***

- Юль! Юль, как тебе?
Моя мама смеялась, надевая на голову смешную пушистую белую шапку. Мы какое-то время уже ходили по торговому центру, она говорила со мной о последних новостях, я давала краткие ответы на ее многочисленные вопросы.
- Тебе очень идет, - ответила я, думая в первую очередь о ее жизнерадостной улыбке. - Будешь брать?
- Не знаю…
Она несколько раз еще подвигала шапку на голове, выдвинула подбородок вперед, покрутилась перед зеркалом, осмотрела себя через плечо, наклонила голову вниз. Затем, сняв шапку, все же решила повесить ее обратно, проводив одобрительным взглядом с едва различимыми нотками зависти, как бы говорящим "да, ты хорошо будешь смотреться, и мне немножко жаль тебя тут оставлять, но наши дороги на этом расходятся". В маме мне всегда нравился этот жизнеутверждающий настрой. Эта способность идти вперед с гордо поднятой головой. Я улыбнулась уголком губ и пошла вдоль витрин дальше. Мы собирались пойти в кофейню, повернув направо, однако я заметила в одном из магазинов высокую стройную элегантно одетую девушку, владелицу магазина. Ее волосы с косым пробором были завязаны в тугой блестящий узел на затылке, на ней был идеально сидящий шоколадного цвета пиджак и строгая белоснежная юбка, подчеркивающая талию. И хотя внешне она чем-то напоминала стюардессу, необъяснимое знание того, что эта девушка никому не подчиняется и, тем более, не прислуживает, следовало вместе с ней и было безоговорочным. Заметив меня, она замедлила шаг, затем и вовсе остановилась. Уверенным движением девушка выдвинула ящик стола, достала оттуда конверт и папку с бумагами и направилась ко мне.
- Мам, ты иди, я сейчас буду.
Я отошла немного в сторону. Звук каблуков отражался от стеклянных витрин, пола, приятно щекотал нервы. Я посмотрела по сторонам, но в коридорах практически не было людей, все толпились возле кофейни.
- Держи, - она отдала мне папку и довольно толстый конверт.
К своему удивлению я заметила торчащие из него купюры. Она словила мой взгляд.
- Это на сопутствующие расходы и на жизнь. В папке все есть, все необходимые документы. Тебя найдут, не переживай об этом.
Во взгляде этой девушки не было и тени сомнения или тревоги. У меня даже возникла мысль, что это красивое лицо не знало жеманства, ужимок, отвращения или ненависти. Она была сдержанной, элегантной, очевидно, весьма сообразительной и умной, но вместе с тем настолько простой, искренней и по-человечески теплой, что я не смогла придумать ни слова в ответ, потратив все внимание и время на попытку впитать это и воспринять до конца.
Когда она уходила, я прочитала вывеску. "PHLOEM".

***
ln
сегодня мне снова приснился С. сон явно не от Бога, как и вчерашний. я рада, что поездка кончилась, и теперь я буду видеть его только на воскресном собрании. я не хочу снова отдавать свое сердце тому, кого не смогу (и не хочу) получить.
ln
приснился кошмар. по сути, там не было того, что обычно называют кошмаром. это скорее локальное название. это мой личный кошмар. кошмар, в котором ты пишешь мне, что завтра женишься. и что чувствуешь вину за тот период наших отношений, когда были непонятные ситуации. скинул мне фото листа а4, на котором синими чернилами около 30 пунктов, за которые ты чувствуешь вину. тебе посоветовала так поступить подруга, на которой ты, собственно, и женишься. дрожащими руками я ответила что-то типа "главное, чтобы тебе стало легче" и пролистала диалог к твоему гс (ты сообщил именно это в голосовом), чтобы послушать, правильно ли я все поняла.

и я проснулась. это так забавно. ты снишься мне тогда, когда я избавляюсь от тебя. как будто напоминаешь, что я все ещё под твоей властью, и ты можешь нанести мне удар, можешь сделать мне больно.

зачем?
ln
снился секс. может либидо возвращается? мне жаль, что это был не ты. и даже просто не мужчина. почему-то снова девушка. и мы только и делали, что искали возможности поскорее ласкать друг друга, пытаясь найти закрытую от всех комнату в доме.

нечестно, что ты видишь меня во снах каждый день, а я не вижу вообще.
ln
ты, кстати, снился мне сегодня. мы были в твоей постели, целовались, я беру контроль и сажусь сверху, пока ты лежишь. удерживаю твои руки моими у подушки и вижу, как ты улыбаешься. я спрашиваю почему, на что ты говоришь, что знал, что мы снова будем когда-то заниматься сексом. я сразу чувствую себя плохо, как будто меня обличили. как будто я была какой-то пешкой в твоей игре, и тебе легко удалось получить меня обратно. через несколько кадров сна, которые не факт, что были связаны с тобой, ты пытаешься целовать меня, как-то приставать. я холодна, либо даже пытаюсь как-то отвергнуть твои поцелуи. потому что они сухие, какие-то противные, просчитанные будто.

если ты приснился мне, значит ли это, что я продолжаю сниться тебе? видимся ли мы с тобою хотя бы во снах? счастливы ли мы хотя бы там?
Alchimik
Синие перья с тихим шелестом опускались под ноги. Мягко сиявшие, кроме нас они были единственным островком света посреди бескрайней тёмной пустоши, протянувшейся так далеко, как мог упасть человеческий взгляд. Но были ли мы с тобой людьми?

- Я покажу тебе одно из своих лучших творений, - прошептала я и протянула руку вперёд, словно желая коснуться сердца тьмы. Долгое время ничего не происходило, а потом темнота начала преломляться, являя пред собой бесплотную призрачную фигуру.

Как же она была прекрасна. Казалось, кто-то подбросил в воздух мириады сверкающих кусочков льда, заставив их превратиться в девушку, напоминавшую древнегреческую богиню. Невидимый ветер трепал её длинные тёмные волосы и струящуюся ткань почти прозрачного платья, и весь её облик с распростёртыми кверху руками казался таким хрупким и неземным, если бы не тот тяжёлый взгляд, с которым она смотрела.

С такими глазами не смотрят в чужое лицо. С такими глазами касаются ещё тёплого сердца, вырывая его из груди.

Я слышала, как колотилось твоё, когда ты сделал шаг ей навстречу и эфемерный хрупкий свет начал вновь растворяться во тьме.

Оно колотилось ещё сильнее, когда, повинуясь невидимому порыву, ты отшатнулся обратно. Теперь она оказалась так близко, что могла бы коснуться тебя, и ты, несмотря на всю её красоту, испытал почти первобытный страх.

- Что это такое?! - воскликнул ты.

- Я создала воплощение отчаяния. Заставила свет преломляться так, что вышло так, как в реальной жизни: сбежать невозможно, и невозможно коснуться призрака прошлого, желая сделать шаг ему навстречу. Единственный способ не замечать отчаяния - твёрдо стоять на ногах, не двигаясь под дуновением ветра. Тогда оно не разбередит твою мятежную душу и не причинит ей не капли вреда.

- Мороз по коже от твоих творений.

- Ты сам научил меня, не желая того.
postman
Сон - королевская дорога к бессознательному, как поговаривал Фрейд.
Мои сны - это, скорее, шоссе туда.

***
2 дня назад хотела написать эту заметку, но никак не могла собраться с мыслями.
Сегодня, наконец, доделала все дела, ну и с этим решила разобраться.
А снилось мне, что я пытаюсь куда-то уехать, но отец мне не дает. Я возвращаюсь и снова пытаюсь. Кричу, что я уже взрослая, прошу отпустить меня, перестать держать. Отец самодовольно качает головой из стороны в сторону и я впадаю в отчаяние.
***

Мне 25 лет, я уже 5 лет живу одна, совершенно независимо от родителей. Но, кажется, этот сон говорит о реальном положении дел куда правдивее, чем то, что я об этом думаю…
Не понимаю, зачем и что я пытаюсь доказать. И кому.
stable-isotope
Работа уже сниться начала, лол.

Типа приходит мужик, он живёт с новой невестой, не разведясь с женой (или, типа, скорее женился на другой девушке, не расставшись до того с любовницей), у одной из них ещё вроде как ребёнок, не помню. Он хочет разрулить ситуацию так, чтобы ничего не изменилось, потому что любит, типа как, обеих. К любовнице у него больше чувств, ярких и противоречивых, она взрослее, у них общее прошлое; однако и невеста приносит в его жизнь что-то важное (уют, мимими), от чего он отказываться решительно не готов. Я осторожно поясняю, как могу, цивильным образом за экзистенциальные рамсы про рыбку и косточку. Чел обещает поразмыслить и уходит.

Потом случается так, что ко мне приходит его молодая жена (или невеста). Милая такая блондиночка. Я берусь работать с ней, хотя это неэтично (ирл я бы очень вряд ли стала таким заниматься - помимо профэтики, тут появляется вопрос безопасности: мало ли какие у него там связи; но тут я, видимо, задним числом понимала, что нахожусь в каком-то условном пространстве, поэтому решила, что гори оно всё). Она причём не знает, что он ходил до неё к этому же психологу, ей меня просто кто-то посоветовал. Понятно, что контору палить нельзя, да и незачем - это их жизнь. И тогда я просто начинаю работать с ней - про неё. Как будто и нет там никакого бэкграунда (тем более что в её субъективной реальности его действительно нет, она ничего не знает ни про другую женщину, ни про что другое). Про то, как она относится к себе, что она чувствует. Я чувствую к ней по-человечески большую симпатию, но понимаю, что ей в этой жизни ещё придётся сильно повзрослеть.

Я прям очень подробно вижу рабочий процесс. Потом мозгу надоедает крутить это кино, и он то ли будит меня, то ли меняет картинку (скорее второе, там был потом ещё какой-то весёлый трип сомнительной бэдовости, в лучших традициях). Однако впечатления были сильные, я вспоминаю и веселюсь до сих пор.
white-twilight

начала, наконец, полную переделку своей комнаты. на днях выкинула два огромных мусорных мешка старого хлама. хочу поменять почти всё что только можно, чтобы это было просто другое помещение. другая жизнь.
не та, где я пять лет жила в аду.

снова снился он. как и всегда во сне он продолжал жить со мной. и даже во сне я знала что занята переделкой, но не могла никуда от него деться. как же я устала от этого, неужели эти сны навсегда? уйдёт ли он насовсем хоть когда-нибудь? поможет ли мне избавление от "дома", в которой была заперта с ним столько лет?

Alchimik
Ковёр из ландышей шелестел под моими ногами. Я опустилась на колени и провела по хрупким цветам рукой. Пьянящий запах преследовал меня даже сквозь сны.

- Забавно наблюдать за той, что не любила цветы, - раздался над ухом знакомый насмешливый голос. - Теперь у тебя целый сад.

- Я вырастила этот сад своими руками, и вот он мой, - даже не оборачиваясь, я чувствовала на себе пристальный взгляд светло-зелёных глаз. Я помнила цвет, что однажды научил меня использовать зеркала, чтобы разбивать сны.

- Я знаю, что стало землёй для него, - он сделал шаг, и что-то хрустнуло под его ногами. - Я знаю, - он повторил, и, когда я всё-таки обернулась, на его ладони лежал раздавленный белый крысиный череп. Я отвернулась обратно.

- Кто вспомнит о маленькой глупой крысе, попавшей в ловушку чужих мелодий? - тихо прошептала я.

- О них вспомнит тот, кто знает, что глупые крысы могли получиться лишь из людей. Я знаю. А ты понимаешь.

- Тогда разве плохо создать новую жизнь из того, что давно неживо?

- Я и не говорил, что это плохо. Я лишь рассказал тебе то, что я знаю. И расскажу ещё кое-что. Когда в этом мире наступит осень, ты соберёшь ядовитые красные ягоды и круг замкнётся. И следующую весну ты тоже встретишь на ландышевом поле.

- Такова ирония, - усмехнулась я, - снова мы по разные стороны баррикад. Ты обнажаешь крысиную суть, а я изменяю то, что от неё осталось.

- Да, - он кивнул, - но при этом мы всё-таки на одной стороне.
Alchimik
Я погружалась всё глубже и глубже. Но этот раз отличался от предыдущего. Теперь у меня было знание. Теперь у меня была цель. То, что может меня убить, не сможет причинить вреда тому, кто был здесь с самого начала, кто скользил между мирами, следуя известным лишь ему планам.

Я перевела взгляд на свои руки в матовых белых перчатках. Точнее, руки были не мои, но сейчас они принадлежали мне, и я ощущала чужое тело почти как своё собственное, несмотря на то, что находиться в нём было неприятно и даже больно.

Но мне не стоило думать об этом. Мне нужен был ключ, который мог создать только он. Осколки, которые иные назвали бы пустотой, имевшие с его душой почти одинаковую природу. Он мог видеть их, изменять их форму, собирать раздробленное воедино. То, что нужно было мне. То, чего я не могла коснуться сама.

Его зрение стало моим, и я увидела то, чего не замечала раньше. То, как хрупок мой мир. То, как хрупки чужие миры. То, как легко могут рассыпаться связи, возникшие по воле случая между ними. Как много хаоса ещё оставалось рядом - стремящегося разорвать, поглотить, обратить всё вокруг в нечто, себе подобное. И из этого мне предстояло творить. Омерзительно завораживающе.

И всё же мой ключ был неполным. Возможно, из-за того, что в Бездне не было пустоты. В ней всё имело свой смысл. И это накладывало свой отпечаток. Ключ оказался темнее цвета его вишнёвых глаз. И форма… Форма была чуть заметно, но искажённой. Как если сравнивать отражение в зеркале и его оригинал. Но полный ключ мне и не был нужен.

Теперь оставалось лишь самое сложное. Заставить свой разум и душу его принять. Ведь то, что казалось материальным - не было таковым. Обман, как он есть. Настоящая сущность скрывалась внутри.

Вернуться обратно было в тысячу раз сложнее.
Alchimik
Белые снежинки падают мне на плечи, чёрная ткань развевается за спиной. На занесённой снегом пыли остаётся цепочка моих следов. Зов, на который нет ответа.

Я не чувствую ни страха, ни сожаления, я ищу тебя в мире, который уже давно опустел. Это тело - лишь оболочка. Так начинается зима, которую я помню прежде, чем та свершится.

Я не знаю, сколько времени у меня осталось. Но на улице холодает, и утром перед выходом я накидываю чёрный плащ себе на плечи.

До первого снега время ещё есть.
Alchimik
Мне приснилось, как я выбирала своё свадебное платье.

- Это не мой цвет, - сказала я, указывая на ворохи белых кружев и перьев, лежавших передо мной. - Я не могу быть в белом. Это не я.

И тут мой взгляд остановился на платье, разительно отличавшемся от всех остальных. Платье было бледно-лиловым, почти фиолетовым. Такой оттенок бывает порой у грозового неба за мгновение до удара особенно сильной молнии, что способна заставить запылать огромный город в один миг.

- А вот это… пожалуй, мне подойдёт.

Я примерила платье и посмотрела на себя в зеркало. Моё собственное сияние вспыхнуло тем нестерпимым светом, который я редко видела в себе раньше.

А потом я проснулась.
Alchimik
Не зови меня приходить в свои сны.

Ведь я приду, не в силах игнорировать зов. Стану другим воплощением себя же, потому что так захотел ты, потому что ты позвал. Цепи, однажды связавшие нас, слишком прочны.

Ведь там, по ту сторону сна, практически не останется моих собственных воспоминаний. Ни сострадания, ни теплоты, ни мешающей нежности. Лишь безграничная власть, от которой расходится лёд по коже.

И я шагну к тебе - пустая тень с огненными волосами, и хорошо, если мои руки окажутся пусты. Потому что если нет, если ты захочешь иного - из двух игроков в шахматы проснётся лишь один.

Едва ли ты.