Summer-breath.com
me and my emotions
postman
люди, в основном, занимаются бесконечной ерундой, сами придумывая себе проблемы и сами же пытаясь их разрешить вместо того, чтобы быть счастливыми и кайфовать от жизни.

я очень четко поняла, что жизнь без мозгоебли;
жизнь в любви и сострадании - это моя миссия здесь
postman
все, что я теперь думаю по поводу той ситуации - это сожаление.
я сожалею, что причинила боль человеку, хотя и не имела такого умысла.
но я, очевидно, ходила по тонкому льду - с людьми так нельзя.

мы встретились: он опасливо обнял меня, вглядываясь в то, с какой стороны я для него открылась.

через 10 дней мы прощались: он обнял меня крепко, как родную, и все, кажется, стало как прежде.
postman
и он мне говорит: "ты моя радость, что бы я без тебя делал".
а я думаю, что эти слова наконец (!) не находят отклика во мне.
просто потому, что я не хочу быть ничьей радостью.
postman
у меня вызывает дикое раздражение то, что люди в основной массе не могут (не хотят?) делать что-то сами, пытаются переложить свои задачи на других.
пример: коллега пишет мне, что ей нужен спецкод организации. у меня его нет, но я вздыхаю и гуглю. первая ссылка - поиск кодов организации по инн (который эта коллега знает)…
и такое происходит регулярно. и регулярно я мгновенно начинаю злиться. почему?
postman
лонгридище
жизнь подбрасывает материал для отработки того, что мне кажется я усвоила.

вот что произошло.
у В. есть странная привычка называть женщин сабаками (да, именно через А) в коннотации "сучка". знаю точно, что ничего негативного он туда не вкладывает, но для меня это звучит грубо.
в пятницу мы переписывались (спорили) на одну тему, он утверждал, что я поступлю определенным образом в ситуации, а я спросила у него, на основании чего он сделал такой вывод в отношении меня.
он ответил: "ахаха. потому что все сабаки одинаковые"

и меня просто порвало. мне было так обидно, грустно (и весь день до этого события тоже было тоскливо), что я расплакалась. потом успокоилась, спокойно попросила его не называть меня сабакой и объяснила, что мне это неприятно.
на это он начал отправлять мне странные насмешливые стикеры, я сказала ему, что мне грустно, и что у него сейчас проблема с эмпатией (лучше, если бы я сказала не про его проблемы, а про свои, например: "мне грустно и я бы хотела, чтобы сейчас ты уделил внимание моим чувствам").
он спросил "с эмпатией к чему? к пьяным слезам?" (в этот вечер я пила вино и он об этом знал).
в тот момент я уже ушла спать, а утром ответила, что я и сейчас могу сказать, что мне неприятно, что я прошу его так не делать.
на эту простую просьбу я получила какой-то невероятный закрученный поток негатива, он сказал: "тебе грустно, а мне весело, и никакого желания настраиваться на твое уныние и проявлять эмпатию к страдальческим настроениям у меня нет, а если и есть - то я их купирую. и если ты такая дохуя важная, что к тебе нужно обращаться только как ваше высочество, и у тебя отсутствует самоирония, то общаться с собой я тебя не заставляю, и я прошу тебя не указывать мне, что и как мне говорить, если не нравится - общайся с теми, с кем тебе нравится"

я испытала в этот момент боль, грусть, разочарование и страх в ядерном коктейле. во мне проснулся этот маленький отвергнутый, брошенный ребенок, чувствами которого так часто пренебрегали, и затопил своими эмоциями все пространство внутри меня. он шептал мне, что я должна сделать то, чего от меня хотят, иначе меня не будут любить и оставят.

в этот же момент мой уровень доверия к человеку и уровень безопасности наших отношений опустился на дно. прочувствовав это, я поняла, что здесь есть мой ориентир и внутренняя опора - я не могу быть в близких отношениях с человеком, который игнорирует мои просьбы и обесценивает мои чувства, какими бы хорошими в остальном эти отношения ни были. это моя базовая ценность, мое "я".

и в этот же момент я даже обрадовалась и подумала: опа! да это же мой шанс отработать действие/мысли из взрослой позиции!

я сообщила В. о том, что не чувствую себя в безопасности и не доверяю ему, поскольку моя просьба была высмеяна и обесценена, хотя я крайне редко обращаюсь к нему с какими-то просьбами и никак не ограничиваю его свободу. В. сказал, что это не просьба, а хуйня (снова обесценивание), что эта просьба не его уровня и что он не про политкорректность, что он посылает нахуй и называет баб сабаками, но это не значит, что ему нельзя доверять и что он плохой друг. и что если я не понимаю этого и хочу его изменить - ничего не выйдет.

в этот момент я разозлилась. меня возмутило, что человек оценивает, какая из моих нужд достойна его дружбы, а какая нет, сказала ему, что невозможно доверять другу, когда тебе нужно выбирать, с какой просьбой и информацией о себе к нему прийти, чтобы не быть посланным нахуй, оцененным со своей колокольни и обесцененным. он предложил мне пообщаться лично, но я отказалась, пытаясь переварить все свои эмоции и контейнировать их.

через день помимо всего микса эмоций я начала чувствовать некое сострадание. человек просто не может так себя вести на пустом месте, это какая-то форма агрессивной самозащиты от боли, от травм близких отношений, от всего своего жизненного опыта. какая-то незакрытая потребность, о которой человек так яростно сообщает.
предположив, что его дымовой датчик сломан и сигнализирует на пустом месте о том, что его границы пытаются продавить, а его самого - выдрессировать, я написала, что не знаю, что с ним, но сочувствую ему. он привык перекладывать на себя ответственность за чужое состояние и эмоции, поэтому не может проявлять эмпатию - он боится не вынести эти эмоции, погрузиться сам.

но по существу мои эмоции даже по поводу его действий - это не его задача. его задача - это понять, готов ли он выполнить мою просьбу или нет.
а моя задача - это обработать свои эмоции и понять, что я могу сделать сама для себя в том случае, если он не готов выполнить мою просьбу.

я поняла, что приложила много усилий, чтобы моя самооценка была стабильной. что я не позволю никому (даже самому близкому и важному) продавливать мои границы и обесценивать меня. и я говорю любому человеку, который это делает, что со мной так нельзя. если человек не готов прислушаться к моим просьбам, то я вынуждена дистанцироваться от такого человека на безопасное для себя расстояние.

пс. на следующий день он написал, что токсит и что это от внутренней заебанности. сейчас у меня есть ощущение, что человеку нужна помощь, что ему нужно показать, что бывают отношения без драм, что не обязательно ливать из отношений при минимальных несогласиях (как он или его девушки всегда делали), что не обязательно все уходят, что можно строить крепкие надежные отношения.
но я пока не уверена, не пытаюсь ли я снова быть спасателем, есть ли смысл в этом. дистанцировалась, наблюдаю за собой/не собой.