Summer-breath.com
минусдень
Marsova
5:30
Я учу Полозковское Aeroport Brotherhood на слух, метаюсь между желаниями уснуть, вот прямо сейчас, отодвинуть монитор, свернутся калачиком и уснуть, ни бессонниц, ни мыслей, ни глаз в дверном окне, и пойти на кухню, раздавить случайно тапком наглого рыжего, поставить чайник, дочитать номер "Русского Репортера". Мне отчаянно хочется думать о том, для кого это, мне грустно вздыхать над каждым неисписанным календарным листом. Целым листом, чёрт возьми. Прошли не дни - месяцы.

Невозможность рифмой, невстречи, неразговоры. Нежелание писать ещё письма-треугольники Т. Он сказал, что малая толика вероятности - на войну. У меня был шок и немая истерика. Я начинаю неумело крыть матом, выискивая хотя бы пятом слов, способных эмоционально окрасить пустые слова "не отпущу". "Каким образом?" "Любым доступным". Я люблю тебя, о чём ты думаешь, когда выставляешь напоказ ваши суровые полу-шутки, грубые, мужские холодные. "Ты хороший, солдат, парень". Мне это понятно. Я верю в тебя, конечно, безусловно. Если вдруг что - ты вернёшься живым и здоровым, ты не пропадёшь, а ещё и медаль дадут.

У меня болит спина, я не помню, когда последний раз меняла простыню, расправляю-то её через день, сплю на пледе, под одеялами без пододеяльника, в чёрной отцовской водолазке, протираю щиколотки водкой, спасаясь от аллергии. У меня на фоне красивая девочка, в низких чулках, с чем-то алкогольным, а я не хочу быть такой ни для того, кроме М. Пиши ему смки по двадцать в одной, месячный пакет не растрачен. Не замечаю, как от "мне нечего тебе рассказать" дохожу до "вот тебе все ответы, на!".
Marsova
24/8
Часа с М чертовски мало, я привыкла сидеть с ним не меньше трёх. Сегодня день разговоров.

Бу уехала на дачу в 4 утра. Мы с отцом помогли спустить сумки. Он ещё курил у подъезда, а я уже сидела на своем подоконнике и слушала тишину квартиры. Ни Тохи, ни Капы, ни Аськи, всё зверье на природе. Осталась только шерсть повсюду и грязная кастрюля в раковине.

До шести смотрела предвыборные ролики и изучала кампанию Навального: про кубы, встречи, работу штаба. Занимательно. Здесь не место политике, хотя я прониклась всерьез и теперь наивно верю в невозможное лучшее.

В полдень или даже позже разбудил отец, накормил завтраком и сделал кофе. Обсудили дальнейший план ремонта и ещё по мелочам. Довез до метро. Кофе аукнулось дрожащими руками, жаром и головокружением, несчастному гипотонику его нельзя, пора смириться.

На кпп ждала час, ещё час встречи. Из этого времени поцелуев - минут восемь. Мы заново научились говорить, будто видимся не раз в неделю, а каждый вечер пьем вместе чай. Это непросто. Подгоняю его, "уходи". Что-то во мне щелкает, теряю голос. В пятый раз за этот месяц. Говорю на школьном немом, "я тебя люблю" угадывает, остальное - мимо. Девушка через стол плачет уже третий раз. Красивая. М обнимает меня, а я расцеловываю его щеки и утыкаюсь своими в шею - форма колючая. "Завтра отец приедет". "Значит, мне не приезжать до обеда?" "Нет. Скоординируйтесь там". "Я не поеду с ними". М кажется, что всё хорошо, а мне некомфортно с этими людьми. Минус один день. Минус минимум три часа вместе. Что за невезение?

На мне осенние сапоги, что отдала мама, малиновые. Серые шорты и серый плащ. Огромный отцовский черный зонт в руках. Пропускаю трамвай, пишу Т "только час". Т пишет, что увала сегодня нет. Я знала, конечно.

В метро слушаю песни, шевеля губами. Улыбаюсь пассажирам. Прострация. У двери квартиры не могу найти ключи. Доедаю рыбу из кастрюли, отец оставил. Сажусь на подоконник и стараюсь не думать о сигаретах. М просил не начинать. Я сильная девочка, но когда ждешь двоих самых близких из армии, это полный дурдом.

Делаем с отцом дверь. Полное взаимопонимание. Смеемся, болтаем, слушаем AC/DC. "Тебя музыка не напрягает?" "Хорошая музыка". Удивляемся, как бу смотрит "Пусть говорят" и паршивые русские сериалы. Рассказывает анекдоты. Дает мне отвертку и уходит курить. Справляюсь с шурупами.

После сидим на кухне, едим нутеллу со свердловской булкой. Просит достать колбасу. Я объявляю ночной жор и достаю мясо. Говорим за жизнь и о насущном. Так… легко. У меня настроение хорошее. На кухне чисто, висят свежие полотенца, а тарелки на своих местах. Эти девять дней хозяйства будут отличными, сколько надо успеть!

Самые одинокие выходные за всё лето. Не знаю, случайно это вышло, или отец чувствует, что я в печали, но он очень мне сегодня помог. Я не могу даже в одном помещении с ним находиться, а тут не по-соседски, а тепло и родственно. Пишу и слезка - кап. Т не позвонил, меня ждет очередная бессонница. Но я сегодня легла сегодня, и день прожит не зря.